PGM IV.1390-1495. Чары влечения…

Источник: Греческие магические папирусы, V.459—489
Перевод: Анна Блейз (с)

Якоб ван Сваненбург, «Сивилла показывает Энею загробный мир», ок. 1620 г.

[1390] Чары влечения, [пробуждающие любовную страсть] при помощи [душ] героев, гладиаторов или иных людей, погибших насильственной смертью. Оставь немного от хлеба, который ты ешь, и, разломав [этот остаток], сделай семь небольших частей; и придя туда, где погребены герои, и гладиаторы, и погибшие насильственной смертью, [1395] прочитай заклинание над частями хлеба и брось их [на землю]; и, взявши немного грязи с того места, на котором совершишь этот обряд, подбрось ее в дом женщины, которую вожделеешь, а затем ступай домой и ложись спать.

Вот заклинание, которое следует прочесть над частями хлеба:

«Для Мойр[1], Ананок-Неизбежных[2], [1400] злых Ворожб[3],
Для Мора[4], Зависти[5] и мертвых, что погибли
Во цвете юных лет иль от руки убийцы,
Я угощенье шлю[6]. Триглавая[7], ночная[8],
О ты, нечистой пищей сытая[9], о Дева[10],
О Персефасса-Ключница[11], о Кора Тартара[12],
О ты, богиня грозноокая и страшная[13],
Дитя, обвитое [1405] пылающими змеями[14], —
Смотрите, этот муж остатки пищи собственной
Для вас приправил солью слёз и жалоб горестных,
Чтоб вы на зов его откликнулись, бессчастные
Герои, в этом месте скрытые безвыходно,
[1410] И помощь подали объятому страданием [15];
О вы, покинувшие свет[16] для горшей участи[17],
Подайте помощь ныне сердцем сокрушенному
Из-за нее, жены бесчестной и бессовестной[18]:
Теперь ее предайте мукам — и не медлите!
Эиут Абаот, псакерба, Арбатиао, лалаоит, [1415] иосахоту, аллалето[19].
И ты, о Госпожа, борфорофорба[20],
Сюнатракаби баубарабас энфнун[21], Морка, Эрешкигаль[22], небутосуалет[23],
Пошли своих Эриний[24], Оргогоргониотриан[25],
Ты, что огнем воспламеняешь души мертвых — [1420]
Бессчастных героинь, героев злополучных[26],
Что в мирровых гробах лежат на этом месте,
Сегодня, сей же час[27], — услышь, воспламени ее [1425]
И сей же ночью сладкий сон гони от вежд ее,
Кручину злую ей пошли, терзанья страшные,
Заставь ее за мной повсюду тенью следовать,
Чтоб покорялась мне она по доброй воле, [1430]
Покуда не исполнит все мои веленья.
О госпожа Геката,
Форба форбобар баро форфор форбаи,
О ты, хозяйка раздорожий[28], псица черная[29]

Если будешь исполнять это [1435] на протяжении трех дней, но так и не добьешься желаемого, то воспользуйся таким способом принуждения: придя на то же самое место и исполнив все то же самое с кусочками хлеба, соверши воскурение на золе от сожженного льна навозом [1440] черной коровы, и скажи нижеследующее, и снова возьми грязь [с того места] и подбрось ее [в дом женщины], как тебе уже известно.

Вот слова, которые следует сказать при воскурении:

«О Гермес подземный, и Геката подземная, и Ахерон подземный, и [1445] пожиратели плоти подземные, и бог подземный, и герои подземные, и Амфиарай подземный[30], и слуги подземные[31], и духи подземные, и Недуги подземные[32], и Сны подземные, [1450] и Клятвы подземные, и Ариста подземная[33], и Тартар подземный, и Ворожбы подземные[34], Харон подземный, и спутники подземные, и мертвые, и демоны, и души всех людей; [1455] придите ныне, Мойры и Ананка, и дайте исполниться этим чарам влечения, чтобы такая-то, дочь такой-то, устремилась ко мне, такому-то, сыну такой-то, — [добавь имена] в обычных словах, — ибо я призываю:

О, перворόжденный Хаос, [1460] Эреб и стигийские воды,
Ужас родящие в сердце, и вы, о подземные реки,
Лета и заводь Аидова, темная Ахерусия[35],
Вы, о Геката, Плутон, Персефона и Гермий подземный,
Мойры, и Кары, и ты, Ахерон и Эак[36], о привратник
Вечных затворов Аида — скорей отвори их, не медли,
Ты, о хранитель ключей, ты, стоящий на страже, Анубис!
Мне в услужение тени умерших отправьте сейчас же! [1470]
Чтобы они пошли и привели такую-то, дочь такой-то, ко мне, такому-то, — [добавь имена] в обычных словах.

Исида пришла, принесши на плечах брата и супруга своего; и Зевс, сойдя с Олимпа, стоял, ожидая призраков [1475] мертвых, ведóмых к такой-то и вершащих такое-то дело, — [добавь] в обычных словах [имя и цель обряда]. — Все бессмертные боги и богини пришли посмотреть на призраков этих мертвых. Не медлите же; [1480] не мешкайте, но отправьте, о боги, призраков этих мертвых, чтобы, придя к такой-то, они совершили такое-то дело — [добавь] в обычных словах [имя и цель обряда], — ибо я призываю вас [именами] Иао [1485], и Сабаот, и Адонаи. Патраксилютра, буррефаоми ассалкэ аидунакс сесенген (заклинание) балиаба эреххарной, аберидума, салбахти эйсерсе [1490] рато, эйсерда оми сисифна, сисаедусе, аххаритоне аберифнуба иабал денати итруфи. Отправьте призраков этих мертвых к такой-то, [1495] дочери такой-то, чтобы они совершили такое-то дело, — [добавь] в обычных словах [имя и цель обряда].


[1390] 〈Ἀγωγὴ〉 ἐπὶ ἡρώων ἢ μονομάχων ἢ βιαίων. καταλιπὼν ἀπὸ τοῦ ἄρτου, οὗ ἐσθίεις, ὀλίγον καὶ κλάσας ποίησον εἰς ἑπτὰ ψωμοὺς καὶ ἐλθών, ὅπου ἥρωες ἐσφάγησαν καὶ μονομάχοι καὶ βίαιοι, [1395] λέγε τὸν λόγον εἰς τοὺς ψωμοὺς καὶ ῥῖπτε, καὶ ἄρας κόπρια ἀπὸ τοῦ τόπου, ὅπου πράσσεις, βάλε ἔσω παρ᾽ αὐτήν, ἧς ποθεῖς, καὶ πορευθεὶς κοιμῶ. ἔστιν ὁ λόγος ὁ λεγόμενος εἰς τοὺς ψωμούς· ‘Μοίραις, Ἀνάγκαις, [1400] Βασκοσύναις, Λοιμῷ, Φθόνῳ καὶ φθιμένοις ἀώροις, βιομόροις πέμπω τροφάς· τρικάρανε, νυχία, βορβοροφόρβα, Παρθένε, κλειδοῦχε Περσέφασσα, Ταρτάρου Κόρη, γοργῶπι, δεινή, [1405] πυριδρακοντόζωνε παῖ· ὁ δεῖνα ἐκ τῆς τροφῆς ἑαυτοῦ καταλείψανα δάκρυσιν ἔμιξεν καὶ στενάγμασιν πικροῖς, ὅπως αὐτὸν καρπίσησθε βασάνοις ἐχόμενον, ἥρωες ἀτυχεῖς, οἳ ἐν τῷ δεῖνα τόπῳ συνέχεσθε, λειψίφωτες ἀλλοιόμοροι· [1410] τὸν δεῖνα καρπίσασθε τὸν πονοῦντα καρδίαν, ἕνεκεν τῆς δεῖνα, τῆς ἀσεβοῦς καὶ ἀνοσίας. ἄξατε οὖν αὐτὴν βασανιζομένην, διὰ τάχους ειουτ Ἀβαώθ· ψακερβα· Ἀρβαθιάω· λαλαοϊθ· [1415] ιωσαχωτου· αλλαλεθω· καὶ σὺ, κυρία βορφοροφόρβα· συνατρακαβι βαυβαραβας ενφνουν· Μορκα· Ἐρεσχιγὰ[λ] νεβουτοσουαληθ· πέμψον δὲ Ἐρινύν, Ὀργογοργονιοτριαν, ψυχὰς [1420] καμόντων ἐξεγείρουσαν πυρί, ἥρωες ἀτυχεῖς ἡρωίδες τε δυστυχεῖς, οἱ ἐν τούτῳ τῷ τῷ τόπῳ, οἱ ἐν ταύτῃ τῇ ἡμέρᾳ, οἱ ἐν ταύτῃ τῇ ὥρᾳ, οἱ ἐπὶ ταῖς μυρίναις σοροῖς· ἐπακούσατέ μου καὶ ἐξεγείρατε [1425] τὴν δεῖνα ἐν τῇ νυκτὶ ταύτῃ καὶ ἀφέλεσθε αὐτῆς τὸν ἡδὺν ὕπνον ἀπὸ τῶν βλεφάρων καὶ δότε αὐτῇ στυγερὰν μέριμναν, φοβερὰν λύπην καὶ μεταζήτησιν τῶν ἐμῶν τύπων καὶ θέλησιν τῶν ἐμῶν θελημάτων, ἄχρις [1430] ἂν ποιήσῃ τὰ ἐπιτασσόμενα αὐτῇ ὑπ᾽ ἐμοῦ. κυρία Ἑκάτη Φορβα φορβωβαρ βαρω φωρφωρ φωρβαϊ, εἰνοδία, κύων μέλαινα.’ ἐπὰν δὲ ταῦτα ποιήσας ἐπὶ γʹ ἡμέρας μηδὲν τελῇς, [1435] τότε τῷ ἐπανάγκῳ χρῶ τούτῳ· ἐλθὼν γὰρ εἰς τὸν αὐτὸν τόπον καὶ ποιήσας πάλιν τὸ τῶν ψωμῶν, τότε ἐπίθυε ἐπὶ ἀνθράκων καλπασίνων βόλβιθον [1440] βοὸς μελαίνης καὶ λέγε ταῦτα, καὶ πάλιν ἄρας τὰ κόπρια ῥῖπτε, ὡς οἶδες. ἔστι δὲ τὰ λεγόμενα 〈ἐπὶ〉 ἐπιθύματος ταῦτα· ‘Ἑρμῆ χθόνιε καὶ Ἑκάτη χθονία καὶ Ἀχέρων χθόνιε καὶ ὠμοφάγοι [1445] χθόνιοι καὶ θεὲ χθόνιε καὶ ἥρωες χθόνιοι καὶ Ἀμφιάραε χθόνιε καὶ ἀμφίπολοι χθόνιοι καὶ πνεύματα χθόνια καὶ Ἁμαρτίαι χθόνιαι καὶ Ὄνειροι χθόνιοι [1450] καὶ Ὅρκοι χθόνιοι καὶ Ἀρίστη χθονία καὶ Τάρταρε χθόνιε καὶ Βασκανία χθονία, Χάρων χθόνιε καὶ ὀπάονες χθόνιοι καὶ νέκυες καὶ οἱ δαίμονες καὶ ψυχαὶ ἀνθρώπων πάντων· [1455] ἔρχεσθε σήμερον, Μοῖραι καὶ Ἀνάγκη, τελέσατε τὰ γινόμενα ἐπὶ τῆς ἀγωγῆς ταύτης, ὅπως ἄξητέ μοι τὴν δεῖνα τῆς δεῖνα, ἐμοί, τῷ δεῖνα τῆς δεῖνα (κοινόν), ὅτι ἐπικαλοῦμαι· Χάος ἀρχέγονον, [1460] Ἔρεβος, φρικτὸν Στυγὸς ὕδωρ, νάματα Λήθης Ἀχερουσίατε λίμνη Ἅιδου, Ἑκάτη καὶ Πλουτεῦ καὶ Κούρα, Ἑρμῆ χθόνιε, Μοῖραι [1465] καὶ Ποιναί, Ἀχέρων τε καὶ Αἴακε, πυλωρὲ κλείθρων τῶν ἀϊδίων, θᾶττον ἄνοιξον, κλειδοῦχέ τε Ἄνουβι φύλαξ. ἀναπέμψατέ μοι τῶν νεκύων τούτων εἴδωλα πρὸς ὑπηρεσίαν ἐν τῇ ἄρτι ὥρᾳ ἀνυπερθέτως, [1470] ἵνα πορευθέντες ἄξωσί μοι, τῷ δεῖνα, τὴν δεῖνα τῆς δεῖνα. κοινόν. ἡ Ἶσις ἔβη συνόμευνον ἀδελφὸν ἔχουσα ἐν ὤμοις, Ζεὺς δὲ κατελθὼν ἀπ᾽ Οὐλύμπου ἕστηκε μένων τὰ εἴδωλα [1475] τῶν νεκύων ὑπάγοντα πρὸς τὴν δεῖνα καὶ ποιοῦντα τὸ δεῖνα πρᾶγμα. κοινόν. ἦλθον πάντες θεοὶ ἀθάνατοι καὶ πᾶσαι θεαὶ ἰδεῖν τὰ εἴδωλα τῶν νεκύων τούτων. μὴ μέλλετε οὖν [1480] μηδὲ βραδύνητε, ἀλλ᾽ ἀποπέμπετε, θεοί, τὰ εἴδωλα τῶν νεκύων τούτων, ὅπως ἀπελθόντα πρὸς τὴν δεῖνα ποιήσωσι τὸ δεῖνα πρᾶγμα, κοινόν, ὅτι ὑμᾶς ἐξορκίζω κατὰ τοῦ Ἰάω [1485] καὶ τοῦ Σαβαὼθ καὶ Ἀδωναὶ πατραξιλυτρα· βουρρεφαωμι ασσαλκη αϊδουναξ σεσενγεν (λόγος) βαλιαβα ερεχχαρνοι· αβεριδουμα· σαλβαχθι εισερσε [1490] ραθω· εισερδα ωμι σισιφνα· σισαεδουβε· αχχαριτωνη αβεριφνουβα ιαβαλ δεναθι ϊθρουφι· ἀναπέμψατε τὰ εἴδωλα τῶν νεκύων τῶνδε πρὸς τὴν δεῖνα [1495] τῆς δεῖνα, ὅπως ποιήσωσιν τὸ δεῖνα πρᾶγμα.’ κοινόν.


[1] Мойры здесь предстают не столько в нейтральном качестве богинь судьбы, сколько в негативном аспекте, как богини злого рока.

[2] Ананка — богиня необходимости и неизбежности, которой подвластны даже боги, — упоминается в одном ряду с Мойрами и в некоторых других источниках (см., напр., Платон, «Государство», 617с; Плутарх, «О демоне Сократа», 21; Плутарх, «Застольные беседы», IX.14.5). Однако во множественном числе «Ананки» как групповое божество не фигурируют нигде, кроме этой строки и PGM III.120 (где упоминаются некие Ἀναγκαίων — «вынуждающие», или «демоны Неизбежности»).

[3] Βασκοσύναις, ср. ниже в тексте Βασκανία (IV.1451), персонификации злого колдовства, главным образом в форме «дурного глаза». За исключением этих двух упоминаний (в пределах одного обряда) обращения к олицетворенным «Баскосинам» или «Басканиям» как подательницам помощи неизвестны (даже в PGM βασκοσύνη/βασκανία обычно фигурирует как негативное явление, от которого следует защищаться). Здесь «Ананки» и «Баскосины», или «Баскании» предположительно мыслятся как триады, подобные Мойрам (ввиду тесной связи числа 3 с Гекатой и Персефоной, к которым это заклинание обращено в первую очередь).

[4] Лойм (λοιμός), олицетворение морового поветрия, в других источниках не упоминается, но известна созвучная ему персонификация — Лим (Λιμός), демон голода, порожденный Эридой, богиней раздора (Гесиод, «Теогония», 227).

[5] Фтон (φθόνος) —персонификация зависти, ревности и недоброжелательства, фигурирующая во многих античных источниках (см., напр., гимн Каллимаха «К Аполлону», 105—113), причем нередко в одном ряду с понятием βασκανία .

[6] Этот элемент обряда напоминает традиционные «трапезы Гекаты» (δεῖπνα Ἑκάτης): ежемесячные подношения, которые оставляли на перекрестках для Гекаты и подвластных ей душ мертвецов (подробнее см.: К.Ф. Смит, «Трапезы Гекаты»). Зловещую свиту Гекату составляли души тех, кто умер насильственной («биаойтанаты», βιαιοθάνατοι) или безвременной смертью («аоры», ἄωροι»] либо остался без погребения («атафы», ἄταφοι). В этом обряде маг обращается за помощью к первой и второй категориям «беспокойных» душ.

[7] Трикаранос (τρικάρανος, Трехглавая) — один из многих эпитетов Гекаты, основанных на числе 3. Трехтелая или трехликая Геката — основной иконографический тип этой богини, а тройственность — одна из важнейших ее характеристик: Геката предстает как владычица трех миров (неба, земли и моря) и соответствующих им трех стихий (воздуха, земли и воды); ей посвящены перекрестки трех дорог; она часто отождествляется с Селеной, и в этом контексте ее три головы олицетворяют три фазы луны (растущую, полную и убывающую). Ср., напр., рассуждение Луция Аннея Корнута: «Богиня Геката, ипостась Артемиды, плодится триликой, оттого что народившаяся и совершающая путь по небу луна имеет три основных обличья, становясь серповидной, полной, и принимая еще одну форму, которая, как говорят, дополняет до круга молодой месяц, сама нуждаясь в дополнении им. Отсюда берется и название Тридорожная, и роль покровительницы перекрестков. Ибо богиня эта трижды меняется, проходя мимо зодиакальных зверей» («Греческое богословие», 34, пер. М. Позднева).

Трехглавым (τρικάρανος) постоянно именуется Кербер, пес Аида, и эта общность эпитетов подчеркивает связь Гекаты с подземным миром и собаками как посвященными ей животными.

[8] Нихия (Ночная), эпитет Гекаты как ночной и лунной богини (Лукиан, «Менипп», 9; Аполлоний, «Аргонавтика», IV.1020). Ср. схожие эпитеты этой богини: Никтиполос (νυκτιπόλος) — «ночная странница» (Корнут, «Греческое богословие», 34;); Никтериос (νυκτέριος) — «ночная» (Орфические гимны, I.5); Никтерофойтос — «блуждающая в ночи» (Орфические гимны, XVI.7, применительно к Артемиде, которая часто отождествлялась c Гекатой).

[9] βορβοροφόρβα. В буквальном переводе это составное слово означает «питающаяся грязью/скверной» (а грязь иногда ассоциировалась с Аидом; см., напр., Лукиан, «Александр», 25), но элементы βορ, βαρ, βωρ, φωρ, φορ, φορβα часто встречаются в составе voces magicae, связанных с Гекатой-Селеной или Тифоном-Сетом, — в том числе непосредственно в этом обряде (IV.1416, 1432). Согласно одной из версий, звукосочетания этой группы имитируют лай собак; по другим предположениям, они могут быть связаны с коптскими словами «барбар» — пламенеющий или «ферфор» — «открывать» (ср. роль Гекаты как посредницы между мирами, привратницы и хранительницы ключей).

[10] Партенос (παρθένος, Дева) — обычный эпитет Артемиды и Афины, однако иногда он применяется и к другим богиням: Гекате, Эриниям и Персефоне; ср. стандартный эпитет последней, имеющий то же значение, — Кора (Κόρη). В этом контексте эпитет «Дева» подчеркивает отождествление Гекаты с Персефоной и Артемидой.

[11] Персефасса — поэтическая форма имени «Персефона». Отождествление или сближение Гекаты с Персефоной широко распространено в античных источниках, особенно в орфической литературе, где Геката иногда предстает как дочь Деметры. Напр., в схолии к «Аргонавтике» Аполлония Родосского (III.457) утверждается: «Согласно орфическому родословию Деметры, “Део [= Деметра] родила Гекату от славного отца”». Ср. также строку 1048 трагедии Еврипида «Ион»: «О дочь Деметры, о ты, Царица путей» (Εἰνοδία, букв. «дорожная», — частый эпитет Гекаты). В трактате Плутарха «О лике, видимом на диске луны» (27) Персефона-Кора как дочь Деметры отождествляется с Гекатой как лунной богиней: «…Деметра находится на земле и правит земными делами, а Кора помещается на луне и властвует над делами луны. Она именуется и Корой, и Персефоной. “Персефоной”, как светоносная, “Корой” потому, что мы обозначаем этим словом зрачок глаза, отражающий лицо смотрящего, подобно тому как на луне отражается свет солнца. В рассказах о странствованиях и взаимных поисках этих богинь в виде загадки содержится истина; ведь будучи разлучены, они стремятся друг к другу и часто соединяются в тени. И не ложь, что Кора бывает то в небе и на свету, то во мраке и ночи; ошибка только в исчислении времени. Не по шесть месяцев, а раз в шесть месяцев мы видим, что земля, как мать, объемлет ее тенью, и лишь изредка это случается с ней раз в пять месяцев, так как ей нельзя оставить Аид, которому она служит пределом» (пер. Г. Иванова).

Эпитет Клейдухос (κλειδοῦχος) в буквальном переводе означает «ключник/ключница», но имеет и более широкое значение «хранитель/хранительница», «защитник/защитница». В этом качестве он применялся ко многим божествам, выполнявшим подобные функции. Напр., Плутарх употребляет его по отношению к Мойрам как хранительницам соединений между различными «началами» (жизнью, движением, рождением и смертью; см. «О демоне Сократа», 21), а в орфических гимнах «ключницами» именуются Профирея (букв. «Преддверница», т.е. Артемида или Илифия как помощница при родах, II.5) и Геката (I.7).

Ключ — один из важных атрибутов Гекаты как хранительницы дверей и порогов и посредницы между мирами. В храме Гекаты в Лагине (Кария) в честь этой богини ежегодно устраивали процессию, которая называлась κλειδὸς ἀγωγή (букв. «несение ключа») и, по-видимому, должна была обеспечить божественную защиту городских ворот. Порфирий в трактате «О философии из оракулов» привел оракул Пана, в котором перечисляются символы Гекаты: воск трех цветов, факел, карающий меч, змея, обвивающая тело богини, ключ и плеть. Позднее Прокл утверждал, что Геката именуется κλειδοῦχος потому, что она «замыкает границы всего сущего во вселенной».

В PGM этот эпитет встречается лишь дважды: здесь — применительно к Гекате и ниже в этом же обряде (IV.1466—1467) — по отношению к Анубису, египетскому богу-душеводителю, покровителю бальзамировщиков и хранителю кладбищ; кроме того, в IV.1465 (см.) хранителем ключей Аида назван Эак.

[12] Эпитет «Кора (Дева) Тартара» — еще одно свидетельство отождествления Гекаты с Персефоной, к которой устойчиво применялся эпитет «Кора».

[13] Эпитет γοργωπός (букв. «со страшным взглядом») иногда применялся к Афине, но в целом мог относиться к различным чудовищным созданиям, наделенным змеиной атрибутикой. Не исключено, что здесь он выбран ради ассоциации с Горгонами, которые в большинстве вариантов мифа составляют триаду и нередко смешиваются с тремя Эриниями, змеевласыми подземными богинями. В свою очередь, во многих текстах из PGM Геката сближается с Эриниями, перенимая их змеиные атрибуты (ср. следующий эпитет).

[14] Помимо этого текста, эпитет πυριδρακοντόζωνος («подпоясанный/обвитый огненными змеями») встречается в известных источниках лишь однажды — во фрагменте 5.1.29 из энциклопедии «Узоры» Секста Юлия Африкана, включенном в корпус PGM (см. XXIII.32). Обращение «дитя» здесь, возможно, использовано как синоним эпитета «Кора», подчеркивающий отождествление Гекаты с Персефоной.

[15] Употребленное здесь слово ἥρωες, «герои», по всей видимости, следует понимать в значении «воины, павшие в бою», т.е. погибшие насильственной смертью, не обретшие посмертного покоя и потому «бессчастные» (ἀτυχεῖς).

[16] В источниках, не входящих в корпус PGM, это слово встречается только в астрологических контекстах применительно к убывающей луне.

[17] ἀλλοιόμοροι, букв. «для иной участи».

[18] Один из типичных для PGM магических приемов: жертва магической операции обвиняется в нечестии того или иного рода, чтобы у божества появилась «личная» причина помогать оператору. Ср. PGM III.5, III.113—114, IV. 2475.

[19] Магическое слово Ἀβαώθ — искаж. Σαβαώθ (Сабаот/Саваоф); Ἀρβαθιάω — вариант магического слова αρβετω, которое восходит к др.-евр. «арбаот» («четыре буквы») в сочетании с Иао, греческой записью имени Яхве; таким образом, Ἀρβαθιάω можно истолковать как «Иао, записанное четырьмя буквами», — иносказательное обозначение Тетраграмматона (Йод-Хе-Вав-Хе). Впрочем, известна версия, по которой оба эти магических слова происходят от др.-егип. ḥr bỉk, что значит «Гор-сокол».

[20] См. примеч. к III.1403.

[21] Магическое слово βαυβαραβας происходит от βαυ, звукоподражания, имитирующего лай собак. К этому же звукоподражанию или к глаголу βαΰζω («лаять») восходит имя Баубо (Βαυβώ), которая в одной из версий мифа выступает как демоническая спутница Гекаты.

[22] Эта группа магических слов содержит имена собственные двух вавилонских богинь.

Эрешкигаль (букв. «великая подземная госпожа») — богиня царства мертвых, сестра Инанны/Иштар, в греческой литературе за исключением PGM не упоминается, однако в PGM ее имя часто включается в серии магических имен или употребляется как одно из альтернативных имен Гекаты, Селены, Исиды или Афродиты, а на одном из амулетов, хранящихся в Британском музее (56028) служит подписью к изображению Гекаты (Bonner, p. 197).

«Морка» — искаж. «Оморка», имя первозданной богини чудовищ, отождествляемой с Тиамат и упомянутой в «Вавилонской истории» Беросса: «Было, говорит, время, когда все было мраком и водой, и в них зародились чудовищные существа имеющие необычный облик. Ибо появились двукрылые люди, а некоторые четырехкрылые и двулицые, тело имели одно, а голов — две, мужскую и женскую, и стыд двойной, мужской и женский. И другие еще люди, кто с козьими ногами и рогами, кто с лошадиными ногами, кто с задней частью коня, а передней — человека, эти имели облик гиппокентавров. Народились и быки с человеческими головами, и собаки с четырьмя телами, с рыбьими хвостами, торчащими сзади, и собачьеголовые кони, и люди, и другие существа, имеющие головы и тела лошадиные, а хвосты — рыбьи, и прочие существа имеющие формы разнообразных животных. Кроме них рыбы, и гады, и змеи, и много других удивительных существ, попеременно соединявших в своем облике черты друг друга. Изображения их выставлены в храме Бела. Властвовала же над ними над всеми женщина по имени “Оморка”; по-халдейски — это “Талаттх” (Тиамат), а на греческий переводится как “море”, а в числовом выражении — это луна» (I.52).

Последнее утверждение означает, что имя «Оморка» (Ομορκα = Омикрон, 70 + Мю, 40, + Омикрон, 70 + Ро, 100 + Каппа, 20 + Альфа, 1 = 301) по изопсефии равно имени «Селена» (Σελήνη = Сигма, 200 + Эпсилон, 5 + Лямбда, 30 + Эта, 8 + Ню, 50 + Эта, 8 = 301). Таким образом, функционально Эрешкигаль и Оморка близки греческим Персефоне (как царице мертвых) и Гекате (как богине чудовищ, подземных духов и луны).

[23] νεβουτοσουαληθ. Это магическое слово часто встречается в сочетании с Ἐρεσχιγάλ и ἀκτιῶφι в сериях voces magicae, относящихся к Гекате-Селене (PGM IV.336, 1417, 2485, 2750, 2914; VII.317, 985 и др.). Предположительно, эти три слова соответствуют трем фазам луны (растущей, полной и убывающей). В одном из демотических магических папирусов (IV.11) и в PGM IV.2665 νεβουτοσουαληθ фигурирует как имя лунной богини. Точное значение слова νεβουτοσουαληθ неясно; по одной версии, оно происходит от имени вавилонского бога Небо/Набу (бога мудрости и покровителя писцов, связанного с планетой Меркурий), по другой — от египетского словосочетания nbt-wȝḏt, «госпожа (богини) Уто» (где Уто-Уаджет — богиня-кобра, защитница царской и божественной власти), в сочетании с греческим -αληθ, от ἀληθής, «истинный, правдивый, настоящий».

[24] Призывание Эриний, хтонических богинь возмездия, уместно в свете обвинений, выдвинутых в строке IV.1413. Кроме того, Геката нередко сближалась с Эриниями — как функционально, так и в иконографии.

[25] Ὀργογοργονιοτριαν. Это магическое слово восходит к Γοργόνειος («принадлежащий Горгоне») и подчеркивает связь или частичное отождествление между Горгонами и Эриниями (см. примеч. к IV.1404.

[26] ἥρωες ἀτυχεῖς ἡρωίδες τε δυστυχεῖς.

[27] Мирра, наряду с природными смолами и животными жирами, использовали для бальзамирования тел умерших; ср. фразу из VIII.96—98: σὺ εἶ ὁ ἐπὶ τῇ ζμυρνίνῃ σορῷ κατακείμενος, ἔχων ὑπαγκώνιον ῥητίνην καὶ ἄσφαλτον («…ты, кто покоится в мирровом гробу, где камедь и горная смола тебе — подушкой под локоть…»).

[28] Эйнодия (Дорожная, Придорожная) — один из самых частых эпитетов Гекаты как защитницы дорог и перекрестков.

[29] Черная собака — священное животное Гекаты. Сама Геката иногда представлялась в ее образе или с головой собаки; кроме того, верили, что в образе псов могут являться живым души мертвых, оставленных без погребения. С собаками метафорически сближались Эринии и Гарпии, а еще один стандартный эпитет Гекаты, Трикаранос (Трехглавая), наряду со змеиной атрибутикой роднит ее с Кербером, трехголовым и змеехвостым псом Аида (см. примеч. к IV.1402; ср. также обряд IV.1872—1927, где используется восковая фигурка собаки, держащей во рту кость человека, умершего насильственной смертью; фигурка помещается на треножник и в ходе ритуала должна залаять). Образность, связанная с собаками и змеями, также присуща чудовищной Скилле, которая считалась дочерью Гекаты.

[30] Прорицатель Амфиарай, герой греческого мифа о походе Семерых против Фив, после смерти стал почитаться как хтоническое оракульное божество.

[31] Или: «жрецы подземные» (ἀμφίπολοι χθόνιοι).

[32] Или: «преступления подземные» (Ἁμαρτίαι χθόνιαι).

[33] Ариста («наилучшая; доблестнейшая») — эпитет Артемиды, но в сочетании с эпитетом «подземная», по-видимому, относится к Гекате.

[34] Βασκανία χθονία, см. примеч. к IV.400.

[35] Ахерусия — название нескольких озер (в Греции, Италии и Египте), отождествлявшихся с вратами в подземный мир.

[36] Эак — полубог, сын Зевса, царь острова Эгина, отличавшийся исключительной справедливостью. По самой распространенной версии мифа, после смерти его назначили одним из судей загробного мира, но известен и другой вариант, согласно которому Эак стал привратником Аида.

Греческие магические папирусы, I.42-195
Перевод : Анна Блейз (с)

Настоящий перевод доступен по лицензии Creative Commons «Attribution-NonCommercial-NoDerivs» («Атрибуция — Некоммерческое использование — Без производных произведений») 3.0 Непортированная.